— Юристы сами подготовят чек для Вероники и документы на опеку над мальчиком, — ледяным тоном произносит Людмила Ивановна, мать Дмитрия. — Зачем ты приехал к ней лично?

Я крепче прижимаю к себе Кирилла — моего четырехлетнего сына, которого Дмитрий увидел впервые только вчера.

— Опеку? — шепчу я, глядя на его отца. — Значит, всё-таки за этим ты меня нашел?

— Вероника, послушай. Это не так, — резко говорит Дмитрий.

— Не так? Пять лет назад ты бросил меня одним сообщением. Твои люди выставили мои вещи на проходную. А теперь твоя семья хочет забрать моего ребенка?

— Нашего ребенка, — хрипло отвечает он. — Кирилл — мой сын.

— Нет, Дима. Мой. Я рожала его одна. Кормила, лечила, ночами не спала — тоже одна. А ты появился с дорогой машиной, клиникой, адвокатами и решил, что можешь всё купить?

— Я не знал о нем!

— Зато теперь знаешь. И твоя мать уже готовит документы, чтобы вычеркнуть меня из его жизни.

Дмитрий делает шаг ко мне:

— Я не позволю им тронуть Кирилла.

Я отступаю.

— Ты уже однажды позволил им уничтожить меня. Второго раза не будет.