Бывшие. Право быть отцом
— Либо ты отрабатываешь долг в моем офисе, либо завтра приставы заблокируют твои счета. На что ты будешь покупать еду нашей дочери? — Ты не пустишь иск в ход, — голос срывается. Я отступаю, упираясь спиной в дверь кабинета. — Еще как пущу, — прозрачно-серы
Лика
Чаруйская
Тайный сын вице-губернатора. Тест ДНК
— Пять лет, — Дмитрий смотрит не на меня, а на Мишу, будто сверяет давно известные цифры. — Значит, ты всё-таки решила, что имеешь право не сказать мне. — Мама, кто это? — сын крепче сжимает мою ладонь. Я заслоняю его собой, хотя от холодного взгляда быв
Виктория
Михеева
Тайный наследник. Ультиматум бывшего
— Разрешите помочь с сумкой? — раздается над ухом низкий голос. Слова застревают в горле. В полуметре от меня стоит Гордей. Мой бывший муж. Тот, из-за предательства которого я сбежала четыре года назад. — Владлена, — на его губах появляется усмешка. — Во
Лея
Винтер
Тайный сын спасателя. Второй шанс
— С десятого класса мечтал вынести тебя на руках, Данилова. Правда, обстановку представлял себе другую. Тринадцать лет я стирала это лицо из памяти. — МАМА! Синий рюкзак съезжает с плеча, сын врезается в меня, пахнущий морозом и школьной столовкой. Обни
Катерина
Светлова
Бывшие. В этот раз не отпущу
— Ты изменилась, — говорит наконец. — Стала взрослее. Три года. Тысяча дней, каждый из которых я училась жить без него. Будто не было тех двух полосок на тесте, которые я так и не успела ему показать. Будто не было белых стен больницы, операционных ламп
Арина
Чадова
Бывшие. Папа для Саввы, мамин секрет
— Але? Это вы? Дима с сердечком? Полночь. Кабинет пустой. А в трубке — детский голос, серьезный до дрожи. — Какое сердечко? — Ну сердечко! У мамы в шкатулке записная книжка. Там ваш номер и сердечко нарисовано. Я по нему звоню. Внутри натягивается нить
Анита
Ларина
Случайные близнецы для миллиардера
— Екатерина Дмитриевна Соколова? — спрашивает мужчина. Голос у него ровный, глубокий. Без единой лишней интонации. Меня слегка потряхивает — то ли от ледяного ветра, то ли от того, с какой пугающей уверенностью незнакомец произносит мое имя. — Да… а ты
Алина
Рассветова
Сюрприз от бывшего. Нас тебе (не) найти
— Моя дочь ни в чем не нуждается, — чеканю я. — А вам явно недостает такта... Слова застревают в горле. Из-за спины безупречной статусной дамы появляется мужчина. — Дорогая, возникли проблемы? — спрашивает он до боли знакомым голосом. Олег замирает. Шес
Кира
Васнецова
Бывшие. Вернуть сына и любовь
— Я видел фотографию, Ника. Своими глазами. Ты спала в такси, а на твоем плече... — А у тебя было шесть лет нашей жизни! — Эхо моего сорвавшегося голоса бьется о крашеные стены. — Шесть лет, Максим! И ты поверил размытому кадру в телефоне. — Ты даже не
Анна
Дегас
Сын от бывшего. Цена твоей амнезии
Я пришла сказать, что у нас будет ребенок. Но Ким смотрит на меня сверху вниз с ледяным, брезгливым презрением. — Ты продажная, — чеканит он каждое слово, и этот тон бьет наотмашь, ломая меня пополам. — Не смей больше ко мне приближаться. Просто исчезни. О
Лоя
Царская
Бывшие. Доктор, это ваша дочь
— Здравствуйте, первичный вызов? — Да, проходите. Бахилы на пуфике, ванная — прямо по коридору, — на автомате чеканю я заученный текст. Он делает шаг в прихожую. Наклоняется за бахилами, а выпрямляясь — поднимает глаза. В груди резко становится пусто, с
Радмила
Власова
Бывшие. Тайна малышки из перехода
— Броши по десять. Кольца по пятнадцать, там бисер крупнее, — деловито чеканит девочка в переходе, не поднимая глаз от клетчатой тряпки с самодельным товаром. На вид ей лет пять. Куртка на два размера больше нужного, спина неестественно прямая. Рядом ка
Мила
Веснина
Бывшие. Две полоски на прощание
— Свадьбы не будет, Вера. — Что?.. Андрюш, ты чего… — Пытаюсь улыбнуться, но мышцы лица словно парализовало. Верю ли я в то, что слышу? Нет. Это просто невозможно. — Шутишь так? У нас же три недели осталось. Мама с рестораном уже… Он берет со стола наш
Марта
Невская
Чужая вина. Тайная двойня от бывшего
— Давай смотреть на вещи реально, Зоя, — холеные пальцы пододвигают ко мне документ. — У тебя нет ни жилья, ни работы, ни будущего. Я смотрю на бумагу, инстинктивно прикрывая руками округлившийся живот. — Это мои дети. Я вынашиваю двойню, Элеонора Павлов
Нина
Маверик
Фельдшер для бывшего. Его тайная дочь
— Настя? — голос сорванный, неузнаваемый. — Я умер, что ли? Внутри вспыхивает глухое раздражение. Он узнал меня сразу, без единой секунды сомнения. Ни капли неловкости или стыда в глазах. — Еще нет, — отвечаю я сухим, протокольным тоном. — Но не обещаю.
Ирина
Крохина