— Наигралась? — раздается в динамике до одури знакомый голос. Абсолютно спокойный. Снисходительный.

В его тоне нет ни раскаяния за чужую заколку в нашей ванной, ни вины за сообщение любовнице. Только железобетонная, хозяйская уверенность.

— Добрые люди с подстанции подсказали, куда ты рванула, — продолжает муж, не дожидаясь ответа. — Глухой поселок на краю географии? Серьезно, Ир? Кому ты там нужна со своими амбициями спасателя? Заканчивай этот цирк. Жди. Я приеду.

Я стою на ледяном ветру, кутаясь в тяжелую чужую телогрейку. Мои руки покраснели от въевшейся хлорки и мелко дрожат после родов, которые я только что чудом приняла в таежной избе. Но впервые за двенадцать лет брака я чувствую себя по-настоящему живой.

— Не утруждайся, Виталий, — ровно отвечаю я. — Тебя сюда просто не пустят. Здесь строгая приграничная зона.

— Ты моя жена. Я сказал — приеду, значит, заберу тебя домой. Ты же без меня полный ноль, пропадешь там.

— Я уже пропала. Для тебя.