Мой бывший муж Вадим давится красным вином, едва я вхожу в столовую. Брызги летят на белую скатерть и на шёлковый рукав его невесты.

— Вадик, вы знакомы?! — взвизгивает Элина, внучка Шелестовых, сверкая кольцом на безымянном.

— Это… моя бывшая жена, — выдавливает он.

Месяц назад Вадим бросил меня ради её «породы». Он не знал, что я пропавшая внучка Красильниковых и единственная наследница фабрики, которую эта семья ждала тридцать два года.

— Вадим, закрой рот. Неприлично. У вас же тут порода.

— Сидит тут в платье с рынка! — шипит Элина.

— Сшила сама. Поплин с фабрики Красильниковых. Ты его в руках не держала.

— Насть, я правда не знал! — хрипит мой бывший муж. — Если бы я знал, что ты…

— Знаю. Иначе бы ты не ушёл.

Уже в холле костлявые пальцы впиваются мне в локоть. Тамара Аркадьевна, родная сестра моей покойной бабушки, наклоняется к самому уху. От неё пахнет пудрой и аптекой.

— Слушай сюда, найдёныш. Назови цену и исчезни. Ты же привычная исчезать. А будешь упрямиться, устрою тебе жизнь хуже детдомовской.

Хватка становится ещё жёстче.

— Тридцать два года практики.