— Почему только вчера к вечеру тревогу забили? Человек со вчерашнего утра в лесу.

— Думал, дуется где-то, — муж пожимает плечами, прикрывая зевок ладонью и тут же снова растирая замерзшие предплечья. — Она у меня обидчивая. Решил, побродит по территории, остынет и вернется. А вечером уже темно было искать.

Вокруг нас стоят чужие люди. Спасатели, егерь, вытащивший меня из леса. И мой муж при всех объясняет мое исчезновение глупой женской истерикой.

— Стас, я звонила тебе, просила ответить, — мой голос предательски дрожит. — А потом телефон сел.

— Алён, ну не устраивай сцен, на нас люди смотрят, — он недовольно морщится, отводя взгляд. — Слава богу, нашлась, живая-здоровая. Пошли в домик, я продрог до костей.

Я делаю шаг к нему и внезапно останавливаюсь.

Только сейчас, когда туман немного рассеивается, я понимаю пространственную странность. Стас вышел к спасателям не со стороны нашей аллеи.

Дверь домика номер семь приоткрывается. На крыльцо выходит девушка. Вчера я видела ее у администрации, она выдавала ключи и отвечала за инвентарь базы.

Девушка зябко ежится от утренней сырости. Она плотнее запахивает на груди просторный мужской флисовый пуловер.

Тот самый серый пуловер, в котором Стас вчера утром сидел на нашей веранде, когда отказался идти со мной в лес.