— Отпустите моего сына, пожалуйста.

Чужая рука в тонком кольце лежит на плече пятилетнего Марка. Его вихры зализаны гелем, на нём чёрный костюм с бабочкой, из кармашка торчит красная варежка.

— Дорогая Елена, — улыбается мать моего бывшего Стефания Всеволодовна Вербина. — Вы еле стоите после аварии и уже потеряли ребёнка в толпе. Поберегите здоровье, пока о нём заботится настоящая семья.

— Мама! — Марк рвётся ко мне, но холёные пальцы держат крепко. Варежка падает на мрамор.

— Матери не теряют детей на ярмарках, милая.

— Матери за ними под колёса едут, — отвечаю я, придерживая руку в лонгете. — А вы пришли на готовое через пять лет.

— Может, охрану позвать? — лениво роняет Сашина почти-невеста Лаура.

Из переговорной выходит отец моего сына, гендиректор «Вербин Девелопмент» Александр, и подхватывает рыдающего Марка на руки.

— Саша, отдай его мне.

— Не здесь, Лена. На нас смотрят двадцать человек.

Двери лифта съезжаются, отсекая красное пятно варежки.

Его помощница Алла застёгивает на мне пуховик и одними губами шепчет о Дмитрии Орлове, который вчера предлагал купить у меня сына:

— Стефания Всеволодовна выписала ему постоянный пропуск. Теперь у него доступ ко всем бумагам о Марке.