— Завтра утром ты привозишь ребенка в клинику, — его ледяной тон заполняет тесную прихожую моей съемной квартиры.

— Ты не имеешь права сюда врываться, — я инстинктивно пячусь, пока лопатки не впечатываются в стену. — Мне от тебя ничего не нужно. Оставь нас в покое!

Матвей делает шаг. Запах его дорогого парфюма на фоне обшарпанных обоев лишь подчеркивает огромную социальную пропасть между нами.

— Ты принесла мой чертеж в мой офис. Устроила спектакль перед прессой. И теперь заявляешь, что тебе ничего не нужно? — он понижает голос до шепота, от которого стынет кровь.

— Я не крала эскиз! И не знала, что выставка проходит в твоем здании! Ты сам выставил меня за дверь пять лет назад!

— Как только лаборатория подтвердит отцовство, в дело вступят мои юристы.

Я перестаю дышать.

— У тебя — отстранение от работы из-за скандала и этот угол на окраине. У меня — статус и неограниченный финансовый ресурс, — чеканит он с абсолютной уверенностью в своей власти. — Я подам иск об определении места жительства ребенка. Суды вывернут наизнанку всю твою жизнь, Жанна. Ты приведешь его завтра. Или я законным путем заберу сына, а твою репутацию уничтожу так, что ты больше к нему не приблизишься.